Стенограмма беседы «Не царское это дело». Глава Толдот. Яков и Эсав.

 

История всем известна и она такова: наш праотец Яаков занялся кулинарией и сварганил он чечевичное рагу, в оригинале написано «веязед назид» и приготовил так сказать рагу. Потушил чечевицу с мясом – дело хорошее. Под вечер возвращается с охоты его неоднояйцевый близнец, старший братишка Эсав и Эсав охотился не очень удачно, очень устал, видимо падает он рядом с Яаковом и говрит ему: «накорми меня этим красным-красным».

Накорми – здесь буквально редкое слово, оно только здесь встречается во всем Писании, оно есть еще и в Мишне, «влей мне в горло» или «накорми меня с ложечки аккуратненько этим красным-красным», т.е. даже не «налей мне тарелочку, плесни мне мисочку этого», а «накорми»,  т.е. «медленно накорми потому, что я усталый, я не могу кушать». Очевидно, что сейчас мы будем ждать, что Яаков лучшие кусочки положит своему братику, сбегает за серебряной ложечкой, повяжет ему повязку под воротник и аккуратно его накормит. Яаков так не делает, казалось бы, Яаков пользуется моментом и говорит: «продай мне сегодня твое первородство». Как нехорошо со стороны праотца нашего! Эсав рассуждает и говорит: «вот, я собираюсь умереть, иду на смерть и зачем мне первородство?». На том и порешили – Эсав продает первородство Яакову, скорее всего, Эсав продает это первородство не за саму похлебку, похлебка – это не цена. Но Яаков говорит что-то вроде «я тебе проставлюсь, накрою поляну (говоря современным языком) из чечевичной похлебки и хлеба, а ты за это продаешь мне первородство, за него я заплачу деньгами, а сделку мы обмоем чечевичной похлебкой или чечевичным рагу» — такой вот разговор. Ну, казалось бы, очень неприглядное дело сделал наш праотец – воспользовался тем, что братишка беспомощный и буквально за еду выманил у него в принципе самое дорогое, что у него было. Похоже на тех не очень хороших людей, которые выменивали за драгоценности, за драгоценные вещи хлеб. В свое время, во время войны, таких людей могли и расстрелять под горячую руку, а Яаков  — он считается у нас образцом для подражания. Хотим мы такому подражать? На первый взгляд вроде бы и не очень хотим.

Давайте посмотрим, что собственно говоря, продал Эсав? В последствии в Торе мы увидим, что первенцы, искупленные в Египте станут служителями Бога, первенец будет становиться первосвященником до какого-то времени, на очень короткий период времени, когда это место займут левиты. Потом первенец, мы это видим в книге ДВАРИМ, наследует двойную часть наследства – это тоже понятно, но мы не знаем, было ли это актуально во времена Эсава и Яакова, Тора ничего нам об этом не говорит. По законам соседних народов было по-разному, поэтому мы не можем сказать, как было в семье Ицхака. Кроме того, трудно оценить само положение Ицхака, мы видим, что живет семья довольно бедно. Из чего мы это видим? Ну, во-первых, сама чечевичная похлебка, чечевица – это бедняцкая еда даже по тем временам. Во-вторых, тот факт, что готовит сынок, а не слуга, тоже, в общем-то, свидетельствует о том, что голодно в доме. И сам Ицхак просит сына приготовить ему что-то, опять же не слугу, у них нет наемных охотников, наемных слуг и т.д. Мы ничего этого не видим и из этого можем заключить, что семья живет не очень богато и даже, если первенец и наследует двойное наследство, совершенно не факт, что им есть что делить вообще. Третье – и что мы знаем наверняка о первородстве, что первенец, на иврите «бохор», он будет управлять родом, примет на себя управление хозяйством, примет на себя все экономические дела рода, большой семьи после смерти отца. Т.е. первенец — наверняка хозяйственник, крепкий экономист, человек, который должен уметь разбираться, выражаясь современным языком, в менеджменте, в экономике и должен иметь крепкую руку хозяйственника. По сути Эсав продает Яакову эту перспективу, продает будущую должность управляющего всем имением семьи, не владельца, подчеркну, а именно управляющего.

Посмотрим теперь, как ситуация выглядит с этой стороны: приходит Эсав, усталый, неудачно поохотившийся, но как говорили в школьных сочинениях – «усталый, но счастливый» приходит Эсав и у него даже нет сил вымакать хлебом чечевичную похлебку, он просит Яакова просто с ложечки его аккуратненько накормить. Яаков это все видит и говорит ему: «признай, что управленец ты никакой, ты вернулся с охоты, у тебя образ жизни вольного стрелка, ничего плохого в этом нет, но к управлению ты не пригоден, а раз ты не пригоден к управлению, то признай это и продай мне свое первородство». Эсав говорит со своей стороны: «вот я иду на смерть» и мысль не в том, что он прямо умирает с голоду, не такой уж «нюня» Эсав, мы видим, что он охотник, он воин и не похоже на него драматический стон – «я умираю!». Но Эсав говорит про другое – «я каждый день хожу на смерть, я рисковый парень, я солдат удачи, зачем мне первородство, зачем мне вся эта возня с первородством, вся это возня с управлением, все эти мелочи?» и сказано: «ваявез – и презрел Эсав первородство». Это же слово используется и по отношению к Аману – сказано 3 глава, 6 стих, что «Аману показалось мелким для него расправиться только с Мордехаем, но он решил расправиться со всем народом Израиля». Что это – презрел? Презрел – это именно не по ранжиру ему, не по чину ему, Аману, расправиться только с Мордехаем. Он, Аман – личность историческая, глобальная и он замахнется, если уж связываться, на весь еврейский народ сразу. То же самое и здесь — Эсав понял, что он для другого рожден, рожден для свободы, охоты, а все эти мелочи и занятия: учет, отчетность, приходящие жалующиеся бабы, жалующиеся на баб мужики, все это совсем, совсем, совсем Эсаву не подходит. Сидеть управлять родом, заниматься его тяжбами, его экономикой, зачем это нужно, когда есть поле, охота, риск, адреналин в крови? Эсав понял и сказал – «действительно, зачем это мне?» и продал в тот день первородство Яакову, они даже не сказали об этом никому. А в чем суть сделки, если о ней никто не знает? Потом мы видим, что Ицхак собирается благословлять Эсава, как первенца, никто ему не сказал: «папа, мы тут посовещались и пришли к соглашению», нет здесь ничего такого. Вся суть сделки – это признание Эсавом не то, что своей несостоятельности, как на иврите говорят «катан эляв – это мелко для него» заниматься управлением рода, Эсав признал, что он великий человек, не создан для мелких дел, вот что произошло между ними. Эсав даже в такой мелочи, как название блюда не разбирается, Эсав говорит: «дай мне этого красного-красного, я не заморачиваюсь составом потому, что я усталый», Тора добавляет «и поэтому названо имя ему красный — Эдом». Но на самом деле из-за того, что человек один раз не при свидетелях, не публично назвал чечевичную похлебку «красным», из-за этого его стали называть «красным»? Есть город Одесса, там одесситы баклажаны называют «синенькие», так никто их не называет «синенькими» по этому поводу. Но Тора говорит о том, что Эсав был усталый, ему было недосуг разбираться, что это и поэтому он сказал: «дай мне этого красного-красного», т.е. от усталости назвал еду «красным» по цвету, показывая степень усталости, нежелания вникать в подробности.

Даже если мы говорим о том, что первородство несло с собой коэнское служение, коэнское служение – это тоже вникание в подробности, постоянное, педантичное соблюдение определенных предписаний. Оно ему нужно? Он охотник, воля вольная, две разных природы соединились здесь. Мы знаем из истории, что Эдом в еврейском символизме связывается с римской церковью, Рим впоследствии станет Эдомом. У этого нет исторической базы, т.е. чисто исторически, может быть и можно говорить, что римляне, как они себя видели, потомки Йефета, сына Ноаха, насколько вообще исторически об этом можно говорить, проследить их родословие, но едва ли мы можем говорить, что римляне, это потомки Эсава. Но в духовном смысле, разделение между Эсавом и Яаковом, между Церковью и между Израилем – оно существует на уровне еврейского символизма. И первые споры, можно сказать фундаментальные, базисные споры между Израилем и Церковью, а они практически сводятся к толкованию Писаний и служения, происходят в том же духе, в котором происходит дискуссия между Яаковом и Эсавом. Церковь говорит: «мы призваны к свободе, мы трактуем так Послание Павла и не важно, о чем Павел писал. Евреи занимаются мелкими предписаниями, все это мелкое служение в духе – туда не клади, в субботу этого не касайся – этого касайся, это кушай – это не кушай, все это не для Церкви, это все мелочно, это все человеческие заморочки». «Мы не будем это соблюдать» — говорит Церковь, я имею сейчас в виду католическое учение, римское учение, — «мы не будем в это вникать, мы не для этого созданы, мы не к этому призваны», спор тот же самый. Существует даже такое еврейское предание, оно, безусловно, не исторично, о том, что Апостол Петр был до этого Шимоном Праведным, который был заслан к христианам специально, чтобы сказать им – «ничего не соблюдайте, идите, вы свободны, зачем вам вся эта мелочь?» для того, чтобы христиане отделились от Израиля.

Мы знаем, мы говорили об этом раньше и скажем еще раз, что все разделения, которые в Торе происходят: отделение Ишмаэля и отделение Эсава, все это происходит для того, чтобы потом соединить все воедино. Мы знаем из традиции, что супруга Ноаха была дочерью Каина и таким образом в крови Машиаха есть даже кровь Каина. Все, в конечном счете, должно соединиться, все эти разделения – они происходят для того, чтобы происходили разные служения и, в конечном счете, мы верим, что Эсав соединится с Яаковом. В символическом смысле, Церковь и Израиль будут соеденены, но это невозможно без того, чтобы сохранить и природу Яакова и природу Церкви, истинную, чистую природу, все наносное исчезнет, тогда будет видно, в чем может проявиться единство.

Мы знаем, что изначально Яаков и должен был получить первенство, мы также видим, что такое, некоторым образом, сверхъестественное вмешательство, а иногда и естественное, переставляет местами первенцев и не первенцев. Кто был первенцем среди Каина и Авеля? Каин был первенцем, но его жертва, его коэнское служение не было признано, его жертву Бог «не призрел», а на жертву Авеля «призрел». Ишмаэль тоже был первенцем, но он лишился первенства, то же происходит с Эсавом, мы увидим это впоследствии еще у Эфраима и Менаше, там тоже Яаков так положил руки и так благословил, что первенец и не первенец поменялись местами, Эфраим стал первенцем.

Всевышний вмешивается в творение, дает людям вмешиваться в творение, иногда хитростью, иногда тем, что кажется хитростью, но через всевозможные поступки мы можем говорить: Яаков, он поступил нечестно или честно. Что здесь главное? То, что план Всевышнего все равно осуществляется, он осуществляется, когда грешит Лот, он осуществляется, когда не стоит в своем стоянии Эсав, когда Ишмаэль оказывается недостойным сыном, когда у Эфраим и Менаше что-то там происходит, когда Наоми идет со своими детьми из страны, но план Всевышнего все равно осуществляется. Часто Всевышний дает нам увидеть, что далеко не все, что даже по закону нам кажется очевидным, оно на самом деле очевидно и когда происходят какие-то нарушения, когда нам кажется, что все пропало, это тоже не всегда означает, что все пропало. Всевышний намеренно в Своей Торе сделал так, что ситуацию между Яаковым и Эсавом можно понять двояко, всегда будет существовать двусмысленность, она возникает и раньше, когда пророчество, которое получает Ривка, что старший будет служить младшему, пророчество, которое можно понять и совершенно наоборот — младший будет служить старшему.

Тора полна таких мест, таких ситуаций, таких событий, которые специально заставляют людей разделяться в восприятии этих событий, в отношении к этим событиям и это нормально. Если кто-то считает, что Яаков обманул Эсава – нормально, точно также можно считать, что Лот согрешил со своими дочерьми, Иуда согрешил, когда вошел к Тамар – это нормально. Нам дано это разномыслие, совершенно намеренно, не для того, чтобы мы по этому поводу разделялись. Но если человек так верит и понимает, что есть Хозяин у этого мира и у этого Хозяина есть план и этот план не провалиться, что бы мы ни делали, как бы мы не старались, чтобы он провалился, как бы мы не ошибались и как бы мы не падали, то мы принимаем этого человека и говорим: «если он верит по-другому, верит иначе – это тоже часть плана Всевышнего».

Мы еще раз говорим о том, что необходимо разномыслие, необходимо разное понимание. Сам я стараюсь учить всегда в сторону оправдания, лучше всегда для меня оправдать человека, лучше увидеть, что Яаков правильно поступает. Есть люди, которые в себе носят меру суда – они судят, есть люди, которые ходят с сомнением внутри, мне это тоже не чуждо, но самое важное, чтобы в этом разномыслии мы понимали, что в конечном счете все должно объединиться: и Ишмаэль, и Эсав, и Яаков станут одной большой общиной, в которой каждый по своей природе будет иметь свое особое служение, они не станут одинаковыми. Не надо ожидать, что Израиль станет Церковью или, что Церковь станет Израилем, не надо ожидать, что Ишмаэль станет Эсавом, или, что Эсав станет Яаковом. Нет, каждый из них сохранит свою природу и в гармонии они смогут сосуществовать, в каждом из них раскроется Всевышний. Это непременно будет! И то, что происходит, что казалось бы очень много такого нечистого в этой главе: и обман слепого человека, и лжесвидетельство, и просто хитрость, и много того, что может показаться совсем, совсем, совсем нечистым, но все равно мы знаем и видим, что Бог среди всего этого творит свет Мессии. Цель всего этого, венец всей истории ТАНАХА — это Мессия, и до второго его прихода, мы увидим, что все части этого сложного, разобранного сейчас, валяющегося в коробке пазла, все эти так неподходящие к друг другу фигуры, будут, в конечном счете, соединены в одно.

Да будет это в скорости и в наши дни! Спасибо и будьте благословенны!

 

5 thoughts on “Стенограмма беседы «Не царское это дело». Глава Толдот. Яков и Эсав.

  1. Шалом, р. Алекс!

    Да, в каком то смысле можно согласится с этим мидрашем, что Христиане Эйсав, Израиль Йаков.

    Но только частично.

    Потому что Апостолов и их непосредственных учеников, никак не отнести к Эйсаву, потому что Павел, в своём знаменитом мидраше говорит своим ученикам: «мы дети по Исааку».

    А Исмаилом у него выступали род Ирода и садукеи, и прочие мятежники которые свергли страну в войну с Римом.

    Этот мидраш Павла, заканчивается с разрушением страны, и последующим галутом народа, который ассоциировался с Исмаилом, которого отпустил Авраам в пустыню.

    А когда уже вытравили всё еврейское из церквей, и самих евреев, тогда уже да, в каком то смысле начался спор, между Йаковом и Эйсавом.

    С ув., Сергей.

          1. Ну так да, просто домик. Просто не укладывается в голове, чтобы кошерный Храм, построил Эйсав.

            С ув., Сергей.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *